— Вот за этим я и пришел к вам, — обрадовано сказал Крайнев.

— Во всем виновата я, — вмешалась Теплова. — Это мои прежние цифры о результатах работы Лютова сориентировали неправильно. Оценивая работу мастера, я не принимала во внимание сдачу смен.

— Нет, Валентина Ивановна, — возразил Крайнев, — я сам должен был раньше разобраться в этом. Но, знаете, до сих нор у нас было мало неудачных плавок, и все это не бросалось в глаза.

Вечером, вернувшись домой, Крайнев нашел квартиру запертой. К двери была прикреплена записка: «Вадимка у Вити». Сергей Петрович поднялся этажом выше.

— На звонок вышла Елена, жена Макарова. Дети бросились к нему, он поднял их обоих и расцеловал.

— Василий не звонил? Скоро придет? Елена отрицательно покачала головой.

— А Ирины опять нет дома…

— Да. — Елена намеренно опустила слово «опять». — В цехе неприятности? — спросила она, переводя разговор на другую тему.

— И откуда вы это узнаете? — сказал Крайнев с легкой досадой. — Васи дома нет, по телефону он не станет рассказывать.

Елена улыбнулась.

— Мы, жены, узнаем о ваших делах сразу, только взглянув на вас, а иногда даже раньше, по звуку шагов. Когда у Васи все хорошо, на нем не сказывается утомление, он возвращается домой легкой походкой, а когда неприятности… он и по лестнице поднимается иначе, и… тембр голоса у него другой, чуть-чуть глуховатый.

Сергей Петрович отвел глаза в сторону. Никто никогда не прислушивался к тембру его голоса, не присматривался к его походке. Елена поняла, о чем он думает.

Наступило неловкое молчание.

— Ну, я пойду, — произнес он и позвал Вадимку.

— Что вы, Сергей Петрович! Сейчас обедать будем, — схватила его за рукав Елена. — Ну, Сергей Петрович! — настойчиво уговаривала она.

— Спасибо, Елена Николаевна, — решительно отказался он. — Пообедаю дома. — И снова отвел глаза в сторону, чтобы она не могла прочесть его мыслей.